«Мы удочерили Юлю в 7 лет, всё было прекрасно. Но в 14 лет начался жесткий кризис: дочка начала кричать, что мы ей не родные, пыталась искать биологических родителей, обвиняла нас во всех грехах. Я была на грани нервного срыва. Семейный и подростковый психолог вашего центра помогла нам пройти этот шторм. Она объяснила, что это естественный этап самоидентификации для приемного подростка. На сессиях они бережно прорабатывали травму брошенности. Психолог научила меня не принимать её слова близко к сердцу, а транслировать безусловную любовь. Ситуация сгладилась, Юля успокоилась, наши отношения стали даже глубже и честнее».

«После моего повторного брака жизнь дома превратилась в ад. Сын бойкотировал отчима, хамил ему, портил вещи, кричал мне, что я предала память отца. Ситуация накалилась до предела. Подростковый психолог центра стал нашим спасением. На индивидуальных сессиях Даниил смог выпустить всю накопившуюся обиду, страх остаться ненужным и ревность. Психолог очень грамотно провела и совместную сессию для сына и моего мужа, где они смогли установить первые правила уважения друг к другу. Прошло полгода. Мужчины еще не лучшие друзья, но дома наконец-то воцарился покой, они спокойно общаются, ездят вместе на рыбалку. Большое спасибо за мир в семье!»

«Из-за сильного стресса в школе перед экзаменами Алиса начала буквально "заедать" свои эмоции. По ночам из холодильника пропадали продукты, дочка набрала вес, из-за чего стала еще больше комплексовать и плакать. Получался замкнутый круг: тревога — переедание — стыд — новая тревога. Психолог вашего центра помогла разорвать эту цепочку. На сессиях они учились разделять физиологический голод от эмоционального. Дочка узнала, как проживать подростковую тревогу без помощи еды. Сейчас вес стабилизировался, но самое важное — дочка научилась слышать сигналы своего тела и больше не прячется от проблем за шоколадками».

«Год назад в нашей семье случилась трагедия — погиб старший брат Ярослава. Сын ушел в жесточайшую глухую защиту, вообще отказался обсуждать случившееся, замкнулся в комнате, перестал спать по ночам. Я понимала, что его психика консервирует это горе, и это опасно. В центр вела его практически насильно. Но то, как бережно, по-живому, работал психолог — это высший пилотаж. Никакого давления, очень мягкие психотерапевтические методики. Ярослав наконец-то смог заплакать и выпустить эту боль наружу. Спустя курс терапии к сыну вернулся нормальный сон, он начал общаться с друзьями, жизнь постепенно берет свое. Огромное человеческое спасибо вашему центру за то, что спасли душу моего мальчика».

«Соня — круглая отличница, перфекционистка. Накануне 11 класса груз ответственности за будущие экзамены раздавил её. Начались жесткие панические атаки: посреди ночи она просыпалась от того, что задыхается, сердце бешено колотилось, она плакала, что ничего не сдаст и разрушит свою жизнь. К подростковому психологу мы пришли именно с запросом на подготовку к стрессу. Работа велась в русле когнитивно-поведенческой терапии. Дочка научилась отлавливать свои мысли о катастрофизации будущего, освоила дыхательные техники саморегуляции. В итоге ЕГЭ мы сдали спокойно. Да, волнение было, но Соня держала его под контролем. Поступили на бюджет, нервная система ребенка цела. Огромное спасибо центру!»

«Случайно увидела на предплечьях 15-летней дочери свежие царапины и порезы. Меня затрясло, внутри была паника, злость, страх — полный спектр. Дочка замкнулась и кричала, чтобы я оставила её в покое. Я понимала, что медлить нельзя, и в тот же день записала её к клиническому подростковому психологу вашего центра. Спасибо специалистам, которые приняли нас без капли осуждения. Психолог объяснила мне, что селфхарм — это способ ребенка заглушить невыносимую душевную боль физической, а не попытка манипуляции. Дочка ходила на терапию регулярно. Её научили распознавать пики эмоций и справляться со стрессом безопасными методами (через дыхание, спорт, специальные техники). Уже четыре месяца дочка не причиняет себе вреда, её состояние стабилизировалось, она начала улыбаться. Вы буквально спасли моего ребенка».